Казалось, мы были идеальной парой. Но муж...

Не знаю, как я не умерла тогда. Все. Тупик. Конец. Разбитое корыто. Каждый раз в самых трудных ситуациях, случаях, периодах меня спасали ручка и чистый лист бумаги. Давно я их не брала — наверное, не было необходимости, наверное, я считала себя благополучной и вполне счастливой женщиной. А теперь... Как я не умерла тогда, в тот день, когда узнала, что мне изменил муж. Bсe вокруг сразу стало лишним, ненужным,, невозможным и бессмысленным. Вот теперь я одна, с опустошенной душой и оскверненным телом. И с болезненным желанием, чтобы тебя кто-то любил, ждал. Так хочется не этого тупого, непривычного одиночества в четырех стенах, а чего-то более гармоничного, осмысленного. Да, я выгнала мужа, как он ни стремился помириться. Я не сумела простить его. Но этого оказалось мало. Решила отомстить. И сделала это. Но какой ценой! Моя месть стала моим страданием, еще большим разочарованием в людях, а главное — в себе. И нет сил уже страдать. Хочется хоть несколько мгновений облегчения. Дни, проходите быстрее, чтобы скорее что-нибудь случилось — счастливое, яркое, успокоившее бы меня! Дни, ну не торопитесь так, ведь я же быстро старею, ветшаю, изнашиваюсь! Жалко молодости... Почему это случилось именно со мной? Странный вопрос. А почешу бы и нет? Подобное случается с миллионами женщин. Как в детстве, когда думаешь, что никогда не умрешь. Все умирают, а с тобой этого не случится, потому что ты особенная. А вот умерла же — душевно. Я такая привлекательная, умная, порядочная. Однако это не помешало мужу пойти налево. Может, не нужно было брать его телефон? Ведь в таком щекотливом вопросе незнание — сила. Может, дело в подсознании или в женской интуиции? Андрей выскочил в булочную. Его телефон звякнул. Я взяла его машинально. Пришло сообщение от Изольды. Такое редкое имя было у его коллеги, которая пришла к ним : работать недавно, и Андрей часто со смехом, рассказывал о нелепостях, которые она иногда произносила в коллективе.

— Представляешь, она уверена, что Жорж Санд — это мужчина! Или она говорит: «Сейчас я внимательно подумаю». Или: «Так будет более лучше». Тупа, как решето.

— А внешне она как? Хорошенькая? — смеясь, спрашивала я, хотя мне безразлично.

В Андрее я была уверена на все сто. «Вульгарная крашеная блондинка», — фыркнул Андрей. Я знала: он их не терпит. «Я по тебе очень соскучилась, хоть и вижу каждый день. Когда мы снова встретимся в неформальной обстановке? Я безумно тебя хочу!» — значилось в сообщении. Когда Андрей вернулся из булочной, меня всю трясло. Я не могла сдержать эмоций. Обида, ужас, гнев, негодование владели мной. Как он мог?! Муж изменяет мне!

— Значит, ты изменяешь мне? — крикнула я, заливаясь слезами. — Да еще и с этой глупой крашеной блондинкой?

— Ты что, с ума сошла? — он подошел ко мне и забрал телефон. — С чего ты взяла?

— Какой смысл отпираться? Мне что, позвонить ей и спросить? Она-то признается.

— Надюша, ну прости меня, — жалко залепетал он. — Это случилось всего один раз. Много работы, мы задержались, ну и... Сам не знаю, как это вышло... Но поверь, никаких отношений нет. Это она ко мне пристала, как банный лист. Я что, виноват? Для меня это не имеет никакого значения.

— Как это не имеет значения? Ты, который клялся в неземной любви до гроба, оказывается, путаешься с какой-то потаскухой, потом смеешь в постели меня трогать, — рыдала я. — И хочешь, чтобы я тебя простила? Да никогда в жизни. Ни за что! Хватит! Не хочу тебя больше видеть. Убирайся с моих глаз!

Я вышла из гостиной и заперлась в спальне. Я сидела тогда на кровати и думала, что мне делать дальше. Ярость одолевала меня. Всего один раз... Всего?! Так, может быть, мне нужно еще порадоваться? У других женщин мужья имеют романы годами. Но мне от этого не легче. Меня интересует моя жизнь. Он говорит, что не влюбился, у них был просто секс. А что такое просто секс? Андрей не доверял ей свои душевные тайны, не рассказывал о смешцых случаях из своего детства. И не расспрашивал ее ни о чем таком, что хочется знать о любимом человеке. Он не желал лезть ей в душу — ему это было неинтересно. Он просто хотел удовлетворить свою похоть и равнодушно уйти. И может, в эту же ночь он занимался любовью со мной... Мне стало дурно. Было такое ощущение, что меня обмазали в дерьме. Я мазохистски представляла, как его родные руки ласкают чужую, не мою, грудь. Как другая женщина стонет и извивается под ним от наслаждения. Как он прерывисто дышит, сгорая от страсти. А-а-а! Не могу! Не могу! Лучше об этом не думать... Выходные были ужасными. Андрей медленно собирал свои вещи, тянул время. И все пытался со мной поговорить. Выдумывал поводы для примирения.

Выглядело это так:

— Надюша, где мой молоток? А плоскогубцы? Может, ты меня все-таки простишь? «Может быть, — молча думаю я и, глотая слезы, ищу в кладовке плоскогубцы. — Но не сейчас. Теперь я знаю, что мне надо делать. Я придумала противоядие. Тоже изменю ему. Мне тоже интересно, что такое просто секс — без любви, без нежности. Подлец! Почему люди так устроены, что запросто закрывают глаза на то, что кому-то больно от их поступков? Стоп! А ведь ему сейчас тоже больно. Знаю, он теперь уедет к маме и будет усиленно страдать. Ну и пусть. Я мщу ему? Да. И сделаю еще больнее».

В те моменты не понимала себя. Ведь я достаточно свободолюбивый, независимый человек, но, оказывается, во мне жило непреодолимое чувство собственичества и ревности. Если люблю человека, то он должен принадлежать полностью и всецело только мне. Я украдкой смотрела на его красивые, мужественные руки, на его широкие плечи и понимала, что ненавижу. Ненавижу, потому что по-прежнему люблю. Что же делать?

— Надюша, родная, я так тебя люблю, — жалобно канючил он. — Ну в жизни всякое бывает. Нет на свете таких мужиков, которые ни разу не изменили бы своим женам.

— Мне нужно время, — сказала я ледяным тоном. — Мне нужно подумать.

— О чем? — в его голосе сквозил страх.

— О том, что будет с нами дальше.

— Но ведь ты не хочешь меня бросить? — со страхом спросил Андрей. — Только не это!

— Я дам тебе знать, — произнесла я холодно. На работе не столько занималась своими обязанностями, сколько обдумывала кандидатуры знакомых и коллег в качестве избранника для измены. Мне он должен нравиться и не быть глупым или занудным. Потом его нужно будет соблазнить так, чтобы не потерять чувство собственного достоинства. Но — никто не приглянулся. И тогда вечером, сгорая от нетерпения, позвонила своему бывшему однокласснику Леве, который в десятом классе за мной мило ухаживал.

Он, конечно, был изрядным занудой.

Работал копирайтером и придумывал слоганы типа: «Отличный дуэт — курочка и винегрет». Или: «Французское белье... О чем еще может мечтать женщина? » «Действительно, — с иронией подумала я, вспомнив это. — О чем она еще может мечтать? А вот сейчас одна женщина мечтает найти мужика, который бы ее оттрахал в отместку мужу-изменщику».

— Левка, привет! — наигранно бодро произнесла я. — Знаешь, а я с мужем развелась! А ты что сейчас делаешь? Не хочешь ко мне заехать на кофе?

— Ой, Надька, только не сегодня! — нудно протянул Левка. — Я уже спать собираюсь.

— Но сейчас еще только полвосьмого, — разочарованно протянула я. — Приезжай!

— Нет, Надька, я жаворонок, к тому же у меня режим.

— А завтра? — с разочарованием и надеждой спросила я.

— А завтра у мамы день рождения, — твердо сказал Левка.

Перебрав в уме других своих знакомых, не нашла среди них подходящей кандидатуры, да и стыдно было навязываться, все же облом с Левкой как-то поубавил у меня прыти. Но я решила не отступать. В соседнем отделе у нас работал один внешне довольно приятный мужчина, который в столовой во время обеда несколько раз подсаживался за мой столик и пытался разговорить. Но тогда я даже имени его не узнала, так как была благополучной замужней дамой, которой не пристало общаться с незнакомыми мужчинами. А теперь... Теперь мне это необходимо. Выяснила, что его зовут Геннадий. Поняла, что нужно быть решительной. К моему счастью, на весь день зарядил проливной дождь. Я подстерегла его в курилке и нахально спросила, не подвезет ли он меня домой на своей машине, так как я забыла зонтик.

— С удовольствием, — расплылся он в довольной улыбке. — Такую красивую женщину... А вы мне поможете выбрать туалетную воду? Я в ней плохо разбираюсь.

— Для девушки? — насторожилась я.

— Что вы! Для меня, — рассмеялся он. Надо сказать, мы провели с Геннадием прекрасный вечер. После покупки туалетной воды, он повел меня в ресторан ужинать, а потом долго напрашивался на чашку чая. Но я предпочла не быть легкой добычей. Пусть помается хотя бы недельку. Да и мне нужно подготовится морально. Я очень надеялась, что секс с другим мужчиной приглушит мою боль, даст почувствовать: сатисфакция состоялась, и мужа можно простить. Не могу писать. Не писать не могу. Всю ночь проплакала, отвернувшись к стене. Вспоминаю свою глупость и плачу еще отчаяннее, еще безысходнее от невозможности что-то исправить, изменить, вернуть. Как больно! Никто не знает. Никому не признаюсь — стыдно. Больно! Больно! Больно! Бежать, ехать — куда, от кого? Некуда, не к кому. Себя некуда деть, провалиться бы сквозь землю.

Исчезнуть, раствориться... Вчера я проснулась с «синдромом утра» — это когда просыпаешься, а рядом чужой противный тебе человек. Он лежит, запрокинув голову, открыв рот, и отвратительно храпит. От него ужасно несет потом. И тебя тошнит от этого. Накануне мы с Геннадием поехали ко мне, выпили по бокалу шампанского (мне нужно было расслабиться, а ему это оказалось ни к чему — был слишком возбужден). И вот в постели он начал ко мне прикасаться. Но это не были руки моего мужа, губы моего мужа, и мне было непонятно, почему я позволяю себя трогать чужому мужчине. Возбуждения у меня не было и в помине. Только отвращение.

— Ну признайся, тебе хорошо со мной? — шептал он, тяжело пыхтя и сопя. — Тебя возбуждает запах туалетной воды, которую мы выбрали? Ну скажи же, скажи!...

Я закрыла глаза. От отвращения мне не хотелось ничего ни видеть, ни слышать. Сымитировала оргазм, чтобы это побыстрее закончилось. Чувствовала себя грязной. Когда все закончилось, стремглав бросилась в ванную, чтобы смыть грязь, но и после этого чувствовала себя оскверненной. Осталось непреодолимое омерзение. К Геннадию, к себе. Зачем я это сделала? Чтобы что-то доказать? Кому? Себе? Андрею? Я теперь понимала, что секс с чужим мужчиной — вовсе не бессмысленное занятие и уж точно не средство мести. Потому что, если мстить таким образом, как это сделала я, можно причинить вред прежде всего себе.

Теперь я это знала. Но, может быть, у мужчин другая психология? Как можно заниматься сексом без любви? Нет, нет и нет. Я не приемлю секс «просто так». И никогда не прощу мужа.

Надежда

Информация представлена журналом: "Вдвоем" - все для женщин

Дорогие читатели! Если вы хотите рассказать нам свою историю, - грустную или веселую, поучительную или не очень - мы будем этому только рады. Все Ваши рассказы мы опубликуем.

Добавить рассказ